А между нами линия…

28.05.2017 | Лисси Мусса
Геоморфологическая версия
образования Большого Аризонского каньона
Машина Времени состоит из РеалПорталов:
Прошлое, Настоящее, Будущее
Все три массива Времени (три Реала) регулируются
настраиваемыми Пределами, с помощью которых
можно двигать События.
Событие — суть любой процесс, имеющий
продолжительность по Времени.
При настройке Пределов Времени следует учитывать,
что любое изменение Прошлого влечет за собой
немедленное изменение Настоящего.
Не рекомендуется экспериментировать в Прошлом
— для экспериментов пользуйтесь Реалом Будущего.
Настоятельно рекомендуется соблюдать технику
безопасности и не фиксировать Модели до проверки
их на экологичность и безопасность
(из «Краткого Руководства для операторов
Центра Управления Вселенским Временем»)
Здесь Юный Создатель учился громоздить камни — в горной пустынной стране. Он стремил камни в небо,  но упрямая материя норовила рухнуть и рассыпаться, сводя на нет все старания.
Время близилось к полудню и Солнце раскалило уже изрядно красноватые глыбины, но Создатель упрямо продолжал свои практики, и наконец ему удалось зафиксировать первоначальный массив, на который уже можно было городить горы. Бог-мальчик засмеялся — теперь-то он совершит то, о чем давно мечтает: он на громоздит такую огромную гору, такую восхитительную громадину, такую ….
Эмоции захлестнули его и он закричал во весь голос, вспугнув начавших уже гнездиться на вершинах его  массива черных горных орлов
Подошел Отец, на ходу торопливо гасивший улыбку на лице:
— Все развлекаешься? — он с иронией оглядел творение сына, — все в игрушечки забавляешься? Пора уже во взрослость шаг сделать наконец! — лицо Отца стало замкнутым и сразу чужим.
— Лучше бы Временем занялся — хоть толк какой-то от тебя был! — с раздражением произнес он, пытаясь отломать выпирающий кусок скалы, на которой уже появились колючие кусты, робко выпустившие розоватые мелкие цветочки.
— Пожалуйста не трогай мою гору, — попросил Творец.
— Мне лучше знать что трогать, что не трогать, — отрезал Отец, — ну-ка марш отсюда! Иди Пределы Времени настраивать — не век же тебе в бирюльки играть!
Ослушаться было невозможно: расстроенный мальчик поплелся в Центр Управления, отметив про себя, что «бирюлькой» хорошо было бы назвать какую-нибудь небольшую быструю речушку, играющую камешками в светлой воде…
В Реале Времени было прохладно и тихо. В больших золотых воротах Настоящего веял легкий ветерок — это Время, протискиваясь из Прошлого в Будущее, создавало блуждающие вихри, тревожащие воздух в воротах.
Бог-мальчик побродил бесцельно по Реалу, — ему не очень были интересны пока игрушки Времени, — интерес к ним обычно приходил в более зрелом возрасте, но Отец настаивал, чтобы Творец занимался Пределами Времени, не считаясь с желаниями сына.
Творец разложил Пределы перед собой, и вдруг смелая мысль пришла ему в голову, и он воодушевленно улыбнулся и принялся за расчеты.
Скоро модель Предела была готова: через сегодняшний день проходила яркая синяя линия. Мальчик довольно засмеялся и потащил модель к Золотым Воротам Настоящего.
Модель необходимо было встроить в Реал, и тогда разделится сегодняшний день так превосходит начавшийся, и так неприятно продолжившийся. Если все рассчитано правильно, то досадная ситуация с Отцом отойдет в Прошлое на безопасное расстояние — то есть не повредит память обидным эпизодом личной истории.
Что-то ошибочное, видимо, было допущено в расчетах, потому что Модель упорно проворачивалась на пару лишних градусов, не желая встраиваться в нужное русло Времени, и мальчик торопливо пытался что-то поправить…
Звук шагов заставил его вздрогнуть и он быстрым движением метнул Модель в Золотые Ворота на сторону Будущего, и сразу стрелочка Баланса Времени метнулась вправо, и ветерок в створках Ворот стал чуть сильнее. Это было некритично: если Баланс Времени не трогать, то модель можно запросто вернуть без последствий. Вошедший Отец недовольно поморщился:
— И здесь бездельничаешь! Займись делом немедленно!
Он разложил перед сыном несколько Пределов и мимоходом повернул регулятор Баланса Времени, выровняв убежавшую стрелку. На стороне Будущего что-то коротко вспыхнуло и Отец удивленно оглядел табло Регулятора:
— Одна тысяча девятьсот семьдесят четвертый — что это там было такое? Странно… Ты ничего не трогал здесь сегодня? — он пристально посмотрел на сына.
Стараясь не выдать волнения, Творец солгал:
— Нет, ничего….
— Странно… — еще раз повторил Отец, и нажал кнопку Стабилизатора…
…. В 1974 году, в подмосковном Абрамцево, в большом неуютном здании общежития художественного училища, проснулась среди ночи худенькая девочка с большими тревожными глазами и прошептала горьким шепотом:
Мой сын меня
В друзья не звал
Все рисовал
И рисовал
Вот это — ты
А это — я
А между нами
Линия…
Она поиграла на языке незатейливой рифмой, вытерла набежавшие неизвестно почему слезы, быстро записала на обрывке бумаги эти странные слова, пробравшиеся к ней в сон, благо бумага была всегда под рукой — ведь это была общага будущих художников и в каждой комнате были вороха бумаги, карандашей, и прочих нужных причиндалов этой профессии
— Какой еще сын? — бормотала она, — вот привидится же такое, — нет у меня никакого сына … но почему тогда так душе больно?
Девочка покалякала карандашом страницу, ожидая что голова придумает продолжение стиха, но ничего более на ум не шло, и она углядев в каляках своих какой-то суровый горный пейзаж, дорисовала намечающееся ущелье, усилила линию реки на дне ущелья, подчеркнула скальные выступы на вершине, но взглянув на часы, охнула и погасив свет, ткнулась в подушку — спать!

 

И уже сквозь сон почувствовала — у нее поднимается температура, кожа вдруг стала горячей, как будто оказалась она в раскаленной пустыне под палящим солнцем, и красные камни громоздились в небо…
Бог-Мальчик, проводив выходящего отца взглядом, бросился в Реал Будущего, стремясь успеть выломать свою Модель, пока ее Отец случайно не зафиксировал, и с ужасом увидел, что фиксация произошла! Модель была зафиксирована и даже в двух параметрах: и словом, и делом! Синяя линия рисунка на дне ущелья в точности повторила траекторию вектора на его Модели, и теперь исправить что-то без следов было уже невозможно!
Мальчик осторожно старался убрать разлом в скалах, сгладить углы и минимизировать угрозу разрушения, но фиксация была сделана на совесть — Бог-Отец всегда все делал качественно, и попытки Творца что-то исправить были почти незаметны. Он не слышал, как подошел Отец, который, застав его за каким-то опять бесполезным занятием, в ярости схватил злополучный клочок бумаги, скомкал его и со всей силы запустил на сторону Прошлого. Золотые Ворота рванул внезапный шквал, стрелка Регулятора ушла за Предельное значение, и по нарастающей загрохотал звук разрывающейся земной коры, сильнейший взрыв отбросил Отца от створки Ворот.
Все закачалось, из под стропил посыпалась пыль, стены зашатались
Реал Прошлого был затянут клубами дыма и громадные камни со свистом возвращались на Землю, поднятые взрывом в заоблачную высоту. Отец ошеломлено смотрел на происходящее, не находя никакого объяснения. Юный Творец в растерянности спросил:
— Что делать?
— Стабилизатор проверь! — приказал Отец, побледневший, но быстро приходящий в себя.
Творец дунул на кнопку Стабилизатора, стараясь очистить ее от пыли и ахнул: она была вдавлена в панель, видимо, ее вжало туда угодившим в нее камнем. Фиксация разрыва произошла в Прошлом — где  теперь выплывет этот разрыв, в каком краю планеты?
Утром Творец появился на своем любимом месте в каменной пустыне еще до рассвета, чтобы успеть до появления отца хоть сколько-нибудь заняться своим увлечением. То, что он увидел, повергало его в шок: всю вчерашнюю громаду скал пересекал невероятной величины разлом —чуть не до середины Земли! Ширина пропасти была знатная — противоположный край тонул в дымке
Он вгляделся вниз и увидел невероятное: на дне разлома текла река, в точности повторяя созданный им вектор на Модели и реку на рисунке девочки-художницы из 1974 года. Неизвестно сколько простоял он у края пропасти, но заметил на противоположной стороне едва различимую на фоне неба крохотную фигуру Отца, который так же неподвижно стоял на краю пропасти, разделявшей их…
Юный Творец выдохнул резко, почувствовал облегчение и произнес врезавшиеся в память нечаянно подслушанные строки, которые с невероятной точностью ложились на сегодняшнюю его ситуацию:
… Вот это — ты
А это — я
А между нами
Линия…
И ощутив одновременно и освобождение и грусть, пошел неторопливо по пустынной земле на запад, там среди деревьев он сделал только что совершенно хрустальный ручей, который должен был хоть немного снизить температуру раскаленного воздуха.
*     *      *
Девочка бредила, ей виделись какие-то багровые скалы, силуэт коня неподвижно уставившегося в ручей, закатное тревожное небо…
Она никак не могла понять, что за странный урок живописи продолжается в ее бреду уже вторые сутки: багровая земля, фиолетовые горы на горизонте, деревья, очертаниями больше напоминающие кактусы, мальчишеская легкая фигурка, медленно уходящая к горизонту…
Цвет в ее сознании лепился руками как по волшебству, и она махнула ладонью, добавляя в закат оранжевого кадмия и небо просияло. Хотела добавить немного желтого, но чересчур резко метнулась, задела горячей рукой градусник, лежащий на краю тумбочки, он свалялся на пол и показания его стали значительно ниже: вместо 39,4 столбик ртути показывал 35,2
Она напрягла глаза, разглядела показания блестящей стрелки ртути, улыбнулась, и произнесла:
— Кажется, выздоравливаю! — и тихо зашелестела неизвестно откуда взявшимися словами:
… Из трубки желтый дым
Как облако летел
Мой конь воды не пил
Мой конь в ручей глядел …
… Коренастый индеец из племени навахо в синей рубахе, украшенной по подолу цветной лентой, потрепал своего коня и произнес шепотом почти:
— Пей, что ты в воду смотришь?
Но конь глядел в ручей неотрывно, и индеец с удивлением смотрел на него: таким своего коня он не видел никогда: обычно шаловливый конь был сейчас сосредоточен и неподвижен. Индеец присел на камень, и закурил трубку, и тут же желтый дым стал облаком подниматься к небу… жара вдруг резко спала, потянул свежий ветерок, конь встрепенулся и начал жадно пить воду…
*     *      *
…Повторяя в точности изгибы реки Колорадо, по сибирской земле течет-извивается небольшая быстрая речка Бирюлька…

 

Россия, Иркутская область, Качугский район,
река Бирюлька
*     *      *
Из путеводителя:
Grand Canyon или Большой Калифорнийский разлом существует уже миллионы лет…
*     *      *
…Серенада приехала в Большой Каньон на экскурсию — это была ее мечта детства: заглянуть в бездну и подивиться еще одному великому произведению Творца. Автобус с туристами со всего мира петлял по пустыне уже шестой час, и теперь проезжали какие-то дикие горы — совершенно марсианский пейзаж, исполненный из раскаленного бешеным солнцем красноватого камня, излучающего жар…
Большая громогласная женщина-гид, которую она прозвала про себя «болтушка Кэт», рассказывала что-то из истории этого края, об индейцах навахо — местных жителях, но Серенада не понимала по-английски почти ничего, да и ей больше нравилось сочинять свои истории, чем слушать чужие.
Она завороженно смотрела на нагромождения скал, как будто кто-то не слишком умелой рукой старался обустроить некий оригинальный ландшафт, но упрямая материя не давалась, и Ученик Ландшафтного Дизайнера нервничал и городил камни как попало…
И она, на секунду задумавшись, начала неторопливо описывать образы, появляющиеся в ее воображении:
« Здесь Юный Творец учился громоздить камни…»
Лисси Мусса
по дороге из Лас Вегаса в Лос-Анжелес
июнь 2013
Facebook Comments